watman.ruантон ватман и студия «новый дизайн»         заказать сайтрассчитать стоимостьзаказать фотопортрет интерьер монтажзаказать дизайнлоготип графика рекламалайлаймузыкальный блогмагамбафотовыставка
сайтысъёмкадизайнблогне домаархивы

+7 906 120 0040
sam@watman.ru
ICQ #309202
skype: antonwatman

 

 

Антон Ватман в:
VKontakte
FaceBook
D3
LiveJournal
OK
Twitter
Instagram
Google+
YouTube
Vimeo 
Linked.In

 

архивы: ЛП №3 - мар`9829 мая 2013

Заза

Не так давно двое сотрудников редакции, а именно 
Дм. Покров и Антон Ватман, решили задать несколько вопросов комраду DJ Зазе. И вот они собрались как-то на кухоньке и поговорили. Дэнс-культура в Челнах - поле непаханое. Говорить можно долго. Так и говорили - долго. В газету все не поместилось. Если кого-нибудь эта тема интересует более плотно, может сам найти Зазу. 
 
П. Как ты пришел к дэнсинговой музыке? Не к какой-нибудь другой, а именно к этой?
З. Все началось с того, что когда-то я услышал такую команду, как “Kraftwerk”. Мне почему-то понравилось их электронное звучание и привлек колорит какой-то, может быть, темперамент в этой музыке. Хотя ранее я слушал всякую музыку. В начале это были “ABBA”, “Boney M”, “Arabesque”, одним словом - диско. В то же время я учился в музыкальном училище, и мне нравился Бетховен.
П. На каком инструменте учился играть?
З. На фортепиано.
П. То есть у тебя академическое образование?
З. Да.
В. Ты учился здесь, в Челнах?
З. Нет-нет, я не из Челнов. Я приезжий человек.
В. Откуда, из какого города?
З. Из Грузии, из Кутаиси.
П. Итак, ты окончил училище...
З. Потом я попробовал поступить в МГУ (в школе очень увлекался физикой), но мне не хватило храбрости...
В. А я думал - баллов.
З. Нет, я сдал первый экзамен, но испугался, зайдя в аудиторию и увидев людей в пиджаках и галстуках, таких серьезных, сыновей профессоров и академиков. А я - сын какого-то художника. Ну, просто не в своей тарелке себя ощутил. Но я успел поступить в химико-технологический, где и проучился два года, а потом ушел в армию. Там-то меня и осенило, что я человек не науки, а музыки.
П. То есть учился-учился играть на инструменте, а понял что ты человек музыки только потом?
З. Да, вот почему-то так посчитал. Понимаешь, каждый человек ищет себя до определенного момента, а потом находит, и это здорово. Я вот себя, в принципе, нашел.
П. Скажем так, ты слушал сначала диско, потом...
З. Потом меня унесло в технологию.
П. Практически на твои мозги повлиял “Kraftwerk”?
В. Но это была еще не танцевальная музыка?
З. Да, не была танцевальная музыка, просто мне понравилось электронное звучание. Потом даже был такой период, когда я переключился на AC/DC, ZZ Top. Какие-то всплески были. Одно время я полностью ушел в джаз и, кстати, слушаю его до сих пор.
В. В какой джаз? Джаз - понятие скользкое.
З. Мне нравятся истоки классического джаза и кое-что из модерна. Очень нравиться американское, т.е. именно черное звучание джаза. Я имею в виду...
В. Ты имеешь в виду популярный джаз, не free-джаз какой-нибудь?
З. Да, потому что, возможно, я не дошел до такого альтернативного джаза, хотя как DJ очень люблю играть ACID-джаз.
П. Ты вернулся из армии и начал заниматься дэнсинговой музыкой?
З. Так получилось, что как-то раз в Москве я провел свою первую дискотеку. Это было в каком-то ДК.
П. До армии?
З. Да, это было до армии. Дискотека была попсовой, на ней крутили “Кино” и другие перестроечные команды вперемешку с “миражами” и т.п. Потом в армии тоже делал дискотеки для офицеров и прочих, населявших наш городок. 
Уже после армии мне случайно попала в руки кассета, друг дал послушать, на которой был сборник технологической музыки, ну, не совсем технологии, но что-то близкой к ней. И я впервые услышал, как играет западный DJ и понял, что да, вот такая именно дэнсинговая музыка - это здорово. Когда человек танцует, передается его темперамент.
П. И ты решил стать человеком, который будет заставлять людей танцевать?
З. Да. А именно в первую очередь DJ, а во-вторых, писать музыку. Танцевальную, но не эстрадную.
П. И ты стал проводить регулярные дискотеки?
З. Нет. Я поступил в Казанский институт культуры, сейчас это академия. Там несколько раз были дискотеки, но потом я решил, что, в конце концов, надо же и самому делать что-то интересное. Ведь на Западе люди пишут такую музыку, а у нас толком никто этим не занимается. 
И тут подвернулся случай. Есть у нас в городе такой коллектив “Экипаж”. С солистом этого дуэта Валерой Прозоровым мы вместе учились в институте. Ему потребовался хороший музыкант и аранжировщик, вот он меня и пригласил. Я и приехал в Челны, в январе 1993 года.
П. Тогда, по моему, “Экипаж” назывался по другому?
З. Вообще не было никакого названия. Оно было придумано сразу - “МС Конвой”.
П. Получается, тебя сюда вытащил Валера?
З. Да. Его предложение меня заинтересовало, потому что у меня были свои задумки, насчет того, чтобы как раз делать технологическую, очень жесткую танцевальную музыку, очень вкусное индустриальное техно. Ну, и, кроме того, хотелось помочь другу.
В. То есть ты оказался в Челнах по узко-специфическому предложению поработать над музыкой? И с этого все началось?
З. Да. Кстати, есть одна история, которую я всем рассказываю. У нас в школе была такая игра: загадывать друг другу города и искать их по карте. И вот мне как-то загадали Набережные Челны. Я долго искал.
В. И вот нашел.
З. И нашел. Я никогда не думал, что когда-нибудь попаду сюда. В общем-то, первое время было интересно работать с “МС Конвоем”. Все писалось на таком игрушечном инструменте типа “Yamaha PSR”. Но делать то, что я хотел, на такой аппаратуре было не возможно, ну а для “МС Конвоя” это вполне подходило, потому что у них попсовый бит, стандартный квадрат, т.е. песни их были соответствующими инструменту.
В. Значит, ты не был автором песен, а только аранжировщиком?
З. Да. Хотя нет, были две вещи, которые я сам написал, точнее моей была только музыка. Ну, а одновременно с работой аранжировщика у “МС Конвой” я делал свой альбом. Конечно, нельзя сказать, что это был альбом, просто рабочие зарисовочки. Писал я технологический инструментал с жестким битом. Имея под рукой не ахти какую аппаратуру было очень сложно работать, но я извращался как мог, и получалось не так уж плохо. 
Ну а потом я с Прозоровым поссорился, как раз на творческой почве, потому что я уже просто-напросто не мог делать то, что хотелось им. Да к тому же время шло, и надо было шевелиться, т.к. в городе не замечалось никакого движения в интересную мне сторону. В общем, я ушел от “МС Конвоя” и стал работать в КВЦ “Автозаводец”, где просто вел дискотеки. Это было такое шоу, когда я бегал с микрофоном по сцене и орал.
В. “Танцуют все!”, в смысле?
П. “Давай-давай!”
З. В принципе, да. Но так было только в начале. Дискотека же называлась “У АлексАндра”. Потом я съездил в Москву, к родителям, которые там обосновались на постоянное житье. Пробыл там 2,5 месяца и за это время пропитался ароматом свежего дуновения в танцевальной культуре и понял, что именно этого у нас в городе и не хватает. Вернувшись сюда, я решил потихоньку внедрять это в нашу публику. В “Автозаводце” при моем участие открылась дискотека “Синтез” и одновременно я начал работать на радио “Формула Да”. Было это в 1995 году. Так началось внедрение “кислоты” в Челнах. 
Народ, конечно, не воспринимал эту музыку, но через полгода в “Синтезе” из 3-х часов половина времени играла именно такая музыка. В это время я уже не занимался сочинительством из-за отсутствия аппаратуры и полностью посвятил себя ди-джейству. Но, чтобы быть DJ-ем, нужно хорошо зарабатывать, потому что это очень дорогая музыка - пластинки, специальная аппаратура и т.д. А у меня в то время было два компакт-дисковых проигрывателя, которые подключались к обычному микшеру и музыка сводилась примитивно: начало на концовку. Вообще все, что игралось в “Синтезе” было, конечно, коммерческой музыкой т.к. доступа к альтернативной у меня доступа не было, а в городе ничего подобного не продавалось.
П. А сейчас продается?
З. Сейчас можно сходить в магазин “Жилэк” и заказать что-то по каталогу. И потом я понял, что если уж никто не помогает, лучше делать все самому. Я стал искать нужную литературу, журналы, пластинки. Большую часть привозил из Москвы. 
Потом как-то мне посчастливилось познакомиться с одним прекрасным человеком по имени Марк. Он работал в одном туристическом агентстве, и мы встретились как раз в нем на какой-то вечеринке. Марк мне рассказал, какие рейвы бывают у них в Лондоне, как это здорово. У него с собой был кой-какой материал, компакты и тогда то я впервые услышал о клубе “Ministry Of Sound” и ту музыку, которую там играют. Я сейчас ее называю лондонской музыкой, потому что она отличается от альтернативной дэнсинговой американской и европейской музыки. Отдельная какая-то. Один московский DJ, который приезжал к нам в “Пирамиду”, назвал ее арт-британский хаус. Позже я услышал чикагский, т.е. американский, черный хаус.  И вот именно такую музыку я сейчас играю. Вообще хотелось бы что-то и писать, но неохота кого-то копировать, т.е. хочется чего-то свое изобрести. Но пока не получается.
П. Может, надо образование повысить?
З. Возможно. Я не отрицаю этого.
В. Вот я, например, с дэнс-культурой слабо знаком, поэтому следующий вопрос для тебя может показаться странным. 
Как-то на одном из концертов один человек сказал, что у нас город гитаристов. И мне странно слышать, когда DJ говорит: “Я играю эту музыку”. Вот, например, гитарист берет свой инструмент и действительно играет, перебирая струны, а вот как ты играешь? Что ты имеешь в виду, говоря так?
З. DJ берет сэмплы с пластинки и извращается с ними, подает их совершенно по-другому, меняя тональность, ритм. В общем, как в конструкторе, собираешь из блочков какое-нибудь сооружение.
В. То есть ты используешь чужие произведения для своих целей. А объясни, как решаются морально-этические проблемы в этой области?
З. Есть фирмы, которые выпускают специальные пластинки, небольшим тиражом, специально для DJ. На них находятся несколько версий одной вещи: драм-версия, вокал-версия, джангл-версия и т.п. Они-то и используются для работы.
В. Честно говоря, это для меня темный лес, и пока я не увижу все собственными глазами, вряд ли пойму.
З. Вообще, то, что у нас играют DJ, имеет коммерческий уклон. Ведь играют на потребу публике. Я иногда хожу по нашим клубам, которые впрочем, трудно так называть. У нас есть заведения, где отсутствует тусовка, туда ходят напиваться и сниматься. Например, я был в “Гараже”, когда туда приезжали московские DJ. Послушал их немножко, и мне стало плохо. Читаешь о них в журналах, что они, де, зачинатели отечественной технологической музыки, а здесь они играют откровенный легкий попсовый бит, одним словом “колбасу”.
П. Рейв же изначально, по-моему, был некоммерческим. Почему же так получилось?
З. У нас рейв-культура в принципе отсутствует. Два года назад, когда проводились маленькие тусовки в помещение театральной школы, туда приходило 20-30 человек. Потом круг расширился, но расширился потому, что на эту музыку появилась мода и стало просто неприлично ее не слушать. Ну, а потом первичная тусовка исчезла: кто уехал, а кто еще что-то. И, например, в прошлом году ко мне уже начали подходить и просить чего-нибудь полегче. Ведь ради моды можно одеваться и слушать ту или иную музыку лишь непродолжительное время, потом это надоедает. Кстати, именно по этой причине сдохла “Пирамида”. И сейчас меня ни в один клуб не берут, потому что я всегда играл жесткую музыку, которая влияет на внутреннее состояние. Мне говорят: “Нет, ты тяжело играешь, а нам нужно деньги зарабатывать”. Такая же история с DJ Bomber, он сейчас тоже нигде не играет.
П. То есть, возникла ситуация, когда ты создал здесь прецедент для развития дэнс-культуры, породил танцевальную тусовку, но, в конце концов, она тебя и съела.
З. Практически так и получилось. Ведь как задумывалось: вот это все начинается и охватывает народ, но мы не смогли это контролировать, и нас поглотили.
В. Когда-то давно в одной молодежной телепрограмме, по-моему в “До 16...”, показали какую-то техновечеринку, где звучала громкая музыка и все были в психоделических одеждах. И одна восторженная девушка говорила, что вот-вот, и эта музыка будет на всех дискотеках. Я подумал: “Конечно нет!”. Когда через 3-4 года ее слова подтвердились, я был очень удивлен: “Как такая музыка стала вдруг популярной?”
З. Если помнишь, к нам популярная музыка в большинстве своем приходит из Германии. Например “Modern Talking”, “Scorpions”, Sandra. Рейв также пришел оттуда, ведь родился он в Голландии и Германии. И это в общем-то веселая музыка, она больше наркотическая и для больших площадок, но ни в коем случае не для маленьких залов. А мы как бы проглотили ее, даже переели, и образовался застой. Одним словом, народу это надоело. И в этом в какой-то мере виноваты сами DJ, потому что они не несли чего-то нового.
В. У меня сложилось впечатление, что DJ - это человек, который меняет пластинки и чем круче он это делает, тем более крутым считается. Это искусство постепенно совершенствуется, новые примочки изобретаются. Речь идет о том, что DJ занимается компилляцией и коллажом из чужих звуков. 
В 60-е годы в Америке был очень популярен поп-арт, когда куча художников стали известными, раскрашивая той или иной краской фотографии Мерлин Монро. Творчество DJ заключается примерно в этом же, и, соответственно он является порождением масскультуры. У нас же это совпало с постперестроечным временем, когда все стало можно. 
И вот, я отметил про себя такие параллели. Предположим, сейчас на телевидении появилось много новых людей, которые говорят искренне, с блеском в глазах. Но они, в большинстве своем, не умеют правильно говорить, а для диктора это самое главное - правильно говорить. Они же, впоследствии, стали выпендриваться и, получив небольшой опыт работы, стали создавать свои передачи. Все это происходит вследствие легкой доступности.
Музыка также становится все более и более доступной. И теперь, не будучи талантливым, можно стать известным. И DJ своей работой и образом жизни занимается пропагандой именно доступности, пропагандой масскультуры.
Предположим, я подросток и вижу какого-то DJ, например Сухова. И вот у него две вертушки, и он чего-то там делает и делает достаточно простое, ведь это не виртуозная игра на гитаре, и при этом тысячи людей буйно веселятся. И я, как подросток, сразу же говорю: “О-го-го, а не стать ли мне ди-джеем?”. Чувствуешь ли ты ответственность за это?
З. DJ, как и музыкант, должен быть грамотным в музыкальном плане, у него должен быть слух, чувство ритма. Я знаю немало DJ, которые пытаются что-то делать, но у них получается совсем не то, поэтому лучше им искать себя в другом. Например, художник должен уметь правильно передать цвет или тень, так и DJ должен грамотно поставить свой сэт и грамотно его сыграть. Это со стороны кажется, что все так просто. Вот представь себе: винил  - это не компакт-диск, где ты видишь начало и конец трека, его продолжительность, а на пластинке видишь только канавки, видишь иголку и тебе надо правильно свести, чтобы мелодия и бит совпали. А для правильного сведения нужно представлять, что такое звук. Кто-то это чувствует, а кто-то нет. Потом, скретч делать тоже уметь надо.
В. Насколько я в курсе, на дискотеках к DJ может подойти некто из публики и сказать, что ему не нравится эта музыка, и потребовать чего-нибудь другое?
З. Да, ты прав, у нас в городе это происходит, в отличии, скажем, от Москвы или Питера. Например, когда я работал в “Пирамиде” я приходил за 2-3 часа и продумывал свой сэт и корректировал его под публику. Бывало, когда я играл ACID-джаз, какой-нибудь обнюханный и обкуренный подходил и требовал транс. Это то же самое, если б на симфоническом концерте вдруг потребовали хеви-метал. Это менталитет у нас в городе такой. Более того, они уверены, что если заплатили за вход, то имеют право требовать ту или иную музыку. Поэтому, кстати, я ушел из “Пирамиды”.
Сейчас альтернативной танцевальной музыки в Челнах уже практически нет. Я бывал в “Гараже”, “Армаде”, “Максиме”. Там абсолютно не то.
П. То есть, перспективы возродить эту музыку в нашем городе нет?
З. Я не знаю. Можно, конечно, еще раз попробовать.
П. Кстати, а что ты слушаешь в последнее время?
З. “Controlled Noise”, “The Prodigy”, “Throb”, “The Orbital”, “Jam & Spoon”.•
 

Ваш комментарий:

Авторизоваться: